Художник Никас Сафронов: Времена не выбирают




Культура


Художник Никас Сафронов: Времена не выбирают


16 июня 12:22

Андрей Ефремов


Знаменитый художник Никас Сафронов говорит о предназначении современного искусства, о том, что с разной степенью достоверности отражается в творчестве на нынешнем этапе, высказывает свой собственный взгляд на подлинное и фальшивое в живописи и не только.

Художник Никас Сафронов: Времена не выбирают -

«Файл-РФ» / Алексей Исаев

– Насколько самобытно искусство России сегодня?

– Когда Россия стала открытой для всех, убрав так называемый «железный занавес», Запад посредством искусства принялся добивать всё, что у нас было (и пока ещё остаётся) из подлинно ценного, яркого и самобытного, духовно богатого. И это не пропагандистский миф, а неотъемлемая часть нашей новейшей истории.

Через разные околокультурные организации, выставки, галереи в России либо внедряли абсолютное «чёрт те что», либо раскручивали какие-то далеко не оригинальные, маловразумительные, плохо сработанные вещицы – подражания Раушенбергу, Горки, Ротко, Поллаку и им подобным. На всём этом паразитировали, и порой весьма успешно, многие наши доморощенные эстеты и ремесленники.

Впрочем, паразитируют и сейчас, правда, уже с куда меньшим размахом –  просто потому, что эти «продукты творчества» покупателями, коллекционерами практически не востребованы. По сравнению с восьмидесятыми и девяностыми годами абстракция в искусстве ныне сведена к некоему минимуму, во всяком случае, повторюсь, сколько-нибудь значимым коммерческим спросом-успехом не пользуется. Более или менее состоятельные люди гораздо охотнее покупают копии Шишкина, хорошо выполненные репродукции других мастеров реалистической живописи, нежели поделки «концептуалистов».

То есть снова растёт в цене живопись, которая зиждется на профессиональном отношении к ней, а не на «манифестациях» с киданием красками. Понятно, что голь на выдумки хитра – дабы как-то удивить, эпатировать публику, придумывает всё, что угодно.

– Какие базовые определения более всего подходят нашему искусству в начале XXI века?

Художники XXI века - Aktinoya.ru

13 ноя 2011 ... Ситникова Наталья Александровна родилась в 1978 г. в Москве. Ее
родители – известные российские художники Александр Ситников ...
http://aktinoya.ru/index.php?option=com_content&view=category&layout=blog&id=64&Itemid=148

– По большому счёту, классификация жанров, стилей представляется мне далеко не самым важным в проблематике современного искусства. Главное здесь всё-таки – профессиональное владение техникой, ремеслом. И в этом плане то, что мы привыкли именовать «сюрреализмом», представляет собой один из самых серьёзных, самых выразительных жанров. Скажем, чудные рыбы в зеркальной воде или причудливые драконы в озарённых небесах – всё это требует особых знаний, умений, вдохновения, фантазии. Причём, как это ни парадоксально, непосредственно связанных с реализмом, с реалистическим пониманием и жизни как таковой, и отражающего наше бытие творчества.

Освобождение. х.м. 93х62, 2005

Авангард 20-х годов прошлого века оставил в истории какие-то знаковые, можно даже сказать, фундаментальные работы. А тот колоссальный хлам, который этим работам сопутствовал, со временем исчез, растворился.

Так и в позднесоветские времена, гонка за западными течениями в искусстве (или псевдотечениями в псевдоискусстве) подвигала наших художников работать в схожих жанрах – перформансах, инсталляциях, всевозможных абстракционистских формах и стилях.

В шестидесятые-семидесятыее всё это было по-своему интересно, необычно, до сих пор у нас бесконечно поминают вошедшую в легенды «бульдозерную выставку». Тогда на этом многие, как сейчас принято говорить, «поднялись», их с распростёртыми объятиями принял Запад – кого-то обласкал особо, обеспечив собственными мастерскими. И те, кто были по-настоящему хорошими художниками, в искусстве сохранились. Те же, кто просто ляпал кистью и кидался красками, как тот же Джексон Поллак, постепенно уходили и продолжают уходить, можно сказать, в никуда.

– Но ведь эти «манифестации» по-прежнему вызывают к себе интерес широкой публики…

– Говорить о сколько-нибудь постоянном интересе тут вряд ли приходится. Я на своём веку видел много авангардных выставок, которые поначалу собирали массу посетителей, сопровождались приглашениями «звёзд» и обильными фуршетами, многочисленными телекамерами и аршинными заголовками в газетах и журналах. Но нередко подобные выставки в последние дни своей работы отличались совершенной пустотой залов и вызываемых своими экспозициями чувств-эмоций.

Видел я, разумеется, и прошлогоднюю юбилейную выставку Левитана с её километровыми очередями, когда десятки тысяч почитателей этого прекрасного передвижника просто, незатейливо и в то же время вполне определённо выразили своё отношение к искусству как таковому. И эти люди едва ли возьмут в толк, почему Левитану, Брюллову, Иванову и другим нашим классикам можно предпочесть Ротко, Уорхола и прочих подобных «элитных» и всё ещё популярных в некоторых кругах художников. Следует ли из этого, что есть искусство для простого народа, а есть – для избранных, способных неким особым зрением разглядеть то, что другим увидеть и понять не дано?

По большому счёту, чушь это собачья, к подлинному искусству отношения практически не имеющая. Здесь уместно вести речь о позе, о стремлении какими-то нестандартными способами возвыситься над «массами», но не о реальном духовно-культурном, эстетическом обосновании. Ибо такое обоснование – чаще всего миф и блеф.

Можно ради некоего шика носить лавсановые брюки, приобретённые где-нибудь на Западе, и при этом сильно гордиться собой. Но всё равно хлопковая одежда во всех отношениях лучше.

Известна тяга людей к необъяснимому, выражающаяся порой в стремлении постичь: какую же на самом деле загадку загадал нам автор очередного «чёрного квадрата»? Так вот, постигать, как ни тривиально это звучит, лучше всего в сравнении. Давайте повесим на одну стену чёрный квадрат большой и чёрный квадрат маленький, втиснем между ними треугольник, ещё какую-нибудь «гениальную» геометрическую фигуру. А на другую стену поместим полотна Брейгеля или Босха. На какой из стен нашему взору предстанет больше по-настоящему волнующих загадок, где увидим глубокие и красивые метафоры, заключённые в них тайны человеческой психологии, человеческого бытия? Ответ, по-моему, очевиден.

Да даже если ту же абстракцию втиснем в старую деревянную, выполненную руками настоящего мастера раму, она, эта абстракция, уже будет выглядеть несколько иначе, интересней, выигрышней. Перестанет быть просто куском холста. А если ещё и приспособим под эту экспозицию огромный выставочный зал, специальную точечную подсветку, подключим хорошую музыку и прочие современные атрибуты, тогда, надо полагать, некоторый эффект восприятия у зрителей будет всё-таки достигнут.

И это не удивительно – ведь, к примеру, ежели некрасивую, нескладную и даже внутренне духовно бесцветную девушку со вкусом и изяществом одеть-нарядить, дать ей в помощь искусного парикмахера, талантливого визажиста, косметолога, а то и умелого хореографа, многие из нас найдут эту девушку чертовски привлекательной. Разве не так? Разве мало подобных примеров нас так или иначе окружает?

– Это, видимо, больше относится к извечному вопросу о единстве и противоположности формы и содержания…

– Нелишне упомянуть в этом контексте глупые дискуссии последнего времени, в которых многих из нас вынуждают участвовать. К примеру, вокруг вопроса о том, можно ли считать искусством недавно распиаренный во всех СМИ «член на мосту». Или относительно фото двух целующихся педерастов в милицейской форме – это подлинное фотоискусство или его нарочитое обесценивание, глумление над ним? По мне, так этот вопрос – абсолютно риторический.

33 самые дорогие картины русских художников. Ваш досуг

27 янв 2012 ... В начале XXI века группа наследников Малевича, почти сорок человек, ...
Кандинского — художник на родине не очень известный.
http://www.vashdosug.ru/msk/exhibition/article/68156/

Печально то, что подобный мусор некогда выставлялся не абы где, а аж в самой Третьяковке. Какие «формы с содержанием» пропагандируют устроители подобных выставок, что за концепции нам пытаются втолковать? Что выставленное на всеобщий показ дерьмо дерьмом и остаётся? Так ведь для постижения сей простой истины вовсе не нужен какой-то эстетический шок, которым нас спешат побаловать творцы тошнотворного «перформанса».

Более всего поражает наглость, с которой эти «художники» и их популяризаторы норовят убедить всех, что до их «искусства» нам нужно расти, эдак возвыситься в своём понимании, восприятии. То есть как бы дают понять, что окунуться мыслями, чувствами в их нечистоты, испражнения (причём иногда в буквальном смысле этого слова) – значит воспарить, высоко подняться над бренным, так сказать, обыденным, скучным миром. Ясно, что держат нас за идиотов, и всё же им следовало бы быть несколько поскромнее. Когда весьма известный в стране галерейщик заявляет, что может запросто и дорого продать в качестве некоего «произведения искусства» одно лишь заборное слово из трёх букв при условии его правильного, этакого «идейно-эстетического» оформления, то у всех нас, у общества появляется веский повод задуматься. И сделать некоторые выводы.

Неумолимость лёгкости бытия во время явления плащаницы. х.м. 60х46, 2005

– Какие, например?

– Самые простые, традиционные – те, которые мы по причине создаваемых «авангардистами» вселенского шума и какофонии перестаём слышать, чётко осознавать. Что созидание в искусстве отнюдь не тождественно разрушению, сколь бы художественным его ни пытались представить. Что философия, вдумчивое созерцание вовсе не равноценны погружению в область низменного, грязного, похабного. Что краски существуют не для того, чтобы ими кидались, как комьями грязи, а чтобы мастерски изображать ими либо что-то приятное, гармоничное, радостное, либо суровую правду жизни. Либо некие зловещие символы, в той или иной мере отражающие несовершенство нашей жизни. Короче говоря, то, что по-настоящему волнует художника и зрителя, наполняет их духовной энергией.

Ключевыми понятиями тут являются такие, как атмосфера, перспектива, гармония, пропорции, способность заглянуть в прошлое и будущее, трезво посмотреть на настоящее – будь то китайские иероглифы или милая барышня в ситцевом платье. А когда тебе говорят: «Вот картонная коробка, и в ней рукой мастера прорезана дырка, смотри в эту дырку и постигнешь смысл бытия», – то, возможно, поначалу ты воспримешь такую рекомендацию с некоторым любопытством и даже глазом к дыре прильнёшь. Но что дальше? А ничего. Или того хуже – сначала испытаешь скуку, затем, если это «вглядывание» затянется, – тоску, переходящую в депрессию и, наконец, патологическую неприязнь по отношению к окружающему миру. «Коробка с дыркой» никогда не заменит Микеланджело и Леонардо Да Винчи. Хотя, может быть, в каких-то разумных пределах и такие «коробки» необходимы.

– Зачем? Какой в них прок?

– Ну, опять же, это даёт нам возможность сравнивать, проводить видимые границы между искусством и, если угодно, антиискусством. Последнее, если оно в малых дозах, самим фактом своего эпизодического появления и «шокирования» публики иногда способно производить некое терапевтическое или профилактическое воздействие. Главное – предельно ограничить дозу. Я не имею в виду необходимость запрета, отнюдь. Просто не нужно всё это навязывать, искусственно насаждать. Нельзя, например, выдавать за классическую симфоническую музыку этакое жуткое лязгание-скрежетание, порой раздающееся в «элитных» концертных залах. Мы ведь не враги сами себе? Если нет, то ради чего порой намеренно приумножаем неблагозвучие, коего и в повседневной, обычной жизни, в общем-то, в избытке? Насколько приятно бывает после подобных «концертов» услышать откуда-то – допустим, из соседней квартиры – приглушённые звуки мелодий Вивальди, Моцарта, Бетховена, пусть даже исполняемых неопытными руками соседского мальчика.

Что же касается нарочитого примитивизма, плотского натурализма, стремления вызвать «культурный шок» и тому подобного, то в сочетании с подлинным мастерством и творчески богатым антуражем это порой даёт по-настоящему сильный, подлинно художественный, однозначно благотворный эффект. Скажем, есть «член в плену у ФСБ», а есть тот же «предмет» в замечательной картине Питера Гринуэя «Повар, вор, его жена и её любовник». Не вдаваясь в натуралистические подробности фильма, легко сравнить, противопоставить то и это. И прийти к единственно закономерному выводу: Гринуэй – настоящий художник, свои картины он создаёт, повинуясь вдохновению, яркому таланту, врождённому чувству прекрасного. Он действительно заставляет поломать голову над его тайнами-загадками, разбросанными по кинематографическим полотнам. Однако этот процесс вас приятно увлекает и даже в какой-то степени очаровывает.

Именно таким и должно быть искусство – в основном прекрасным, вызывающим приятные чувства и эмоции, располагающим к спокойным философским размышлениям. Но иногда – бьющим по мозгам и нервам, отрезвляющим, пробуждающим. Вот только важно в этом соблюсти меру. Если тебя будут постоянно дубасить, сотрясение мозга может приключиться. А то и вовсе с ума сойдёшь.

Версия для печати






Источник: http://file-rf.ru

Оценка недвижимости
Оценка недвижимости Оценка недвижимости проводится в различных случаях: при разработке проектов, связанных с привлечением инвесторов, продаже или покупке недвижимости или при разрешении конфликтов, связанных с имущественными правами на квaртиру.
КАК найти массу вещества через объем
Вам понадобится Таблица плотностей, калькулятор. Инструкция 1 Если в задаче вам известны следующие данные: давление p, объем v, температура T в градусах термодинамической шкалы Кельвина (К) и молярная масса вещества M, тогда массу данного вещества m найдите по формуле: p*v=m/M*R*T, выразив из нее m.
Ассасины – Судьба Империи [АРХИВ]
Эта история началась в начале XVII века в Риме, вечном городе, который манит к себе народы всего мира, которые восхищаются им.

profile.





RSS // // КонтактыHAPPYMONSTERR